Бездушные  - Каролина Бринкманн

Когда она проснулась, Ларка не было рядом. Рейна прислонила голову к белой, стерильной стене камеры и закрыла ладонями лицо.

– Отойди от него! – говорили часовые, увидев их рядом. – Он инфицирован. Он очень опасен, – объяснили ей солдаты.

Но ей было все равно. Часовые распылили сонный газ по зданию: он жег слизистые оболочки, и от него кружилась голова. Все Шипы, которые не успели надеть маски, а также сами часовые, сразу же уснули.

Рейна сразу поняла, что это было, когда почувствовала горький привкус газа на кончике языка. Но у нее не было сил бежать прочь. Поэтому она положила голову на плечо Ларка. В этот момент она ощущала себя свободной.

Теперь она была одна в палате. Девушка подозревала, что находится в Белой Жемчужине. Ее раны были продезинфицированы и промыты, а в комнате лежала свежая одежда.

Голова Розы лежала на коленях Рейны. Так как она была Благословенной, ей повезло быстрее отойти от эффекта сонного газа: сестре Ларка же потребовалось на это больше времени.

– Рейна? – пробормотала девочка. – Ты видела это? Мой брат… и этот паук? Это же просто невероятно.

Невероятно, да. Но Рейна не видела связи между всеми этими событиями.

Как вообще было возможно такое, что машины из ада за стеной появились в соборе, а затем спасли ее?

– Я не понимаю, – прошептала она. – Что произошло с Ларком?

– Я думаю, он теперь ЛаркСуперБот, – Роза сонно моргала.

Он не выглядел супер, когда лежал у Рейны на руках. Его взгляд был стеклянным, направленным куда-то вдаль. Огонь в его глазах превратился в совсем маленькую искру, и вся теплота, которую Рейна всегда замечала в них, куда-то исчезла.

Рейна встала на ноги и постучала в дверь, но никто не открывал ее.

– Эй?

Никто не ответил.

– Мы проснулись и хотели бы узнать, где мы находимся!

Дверь все еще была закрыта.

Рейна не могла спокойно сидеть. Поэтому она стала ходить кругами. Незнание того, что произошло с Ларком, было для нее невыносимым.

– Не переживай, – пыталась успокоить Благословенную Роза. – Мой брат сам о себе позаботится. Он самый сильный человек из всех, кого я знаю. И он был таким еще до того, как нашел себе огромного металлического друга.

– Почему он тогда не здесь? – Рейна все еще нарезала круги по комнате. Роза была полна уверенности, а в самой Рейне зарождался страх. – Где ты, Ларк?.. – говорила она, кусая ногти. Как бы она ни пыталась понять, что происходило последние несколько часов, ее мозг отказывался это делать. Что с ним сделали эти проклятые?

Наконец дверь открылась, и из-за нее показалась Амигдала.

– Извините за неудобства, – начала она.

– Где Ларк? – одновременно спросили Роза и Рейна, но выражение лица Благословенной осталось сдержанным, что свидетельствовало об отсутствии хороших новостей.

– Что с ним? – спросила Рейна.

– Он спит… – начала Амигдала. Казалось, женщина тщательно подбирала слова. – Исходя из его физического состояния, у него все в порядке. Когда мы приедем туда, мы сможем узнать больше. Он в хороших руках, уверяю вас.

– Приедем? – спросила Рейна.

Они вышли из палаты вслед за Благословенной. Они находились в каком-то медицинском учреждении, которое, судя по всему, было значительно меньше, чем Белая Жемчужина. К ним, чтобы измерить их жизненные показатели, поспешил МедБот. Судя по маленькому пластырю на руке, у Рейны уже взяли кровь, пока она спала.

– Это король Луи? – спросила Роза, указав на ящик с ее старой одеждой. – Почему он здесь?

– Его нужно сжечь. Вместе с вашими старыми вещами, – объяснила Амигдала.

– Почему? – Роза в ужасе уставилась на женщину.

– Потому что это эффективный способ уничтожить микробы, – сказала Благословенная, пожимая плечами, будто ей казалось, что это самое логичное утверждение в мире, но у Розы на этот счет было другое мнение.

– Короля Луи нельзя сжигать.

– Игрушку можно заменить другой. Тебе дадут новую…

– Эту нельзя заменить. Мне ее подарил Ларк, – Роза яростно посмотрела на Благословенную, прежде чем направиться к обезьянке.

– Погоди! В его ткани могут быть бактерии!

– Мне все равно! – Роза вытащила игрушку из ящика и, прежде чем кто-нибудь смог ее остановить, прижала ее к себе.

– Так нельзя.

– Еще как можно, – Роза высунула язык и демонстративно облизала им лицо обезьянки. – Его бактерии – мои бактерии. Ты и меня будешь на кого-то менять?

– Оставь ей обезьяну, – вмешалась Рейна.

– Хотя бы продезинфицируем ее тогда, – вздохнула Амигдала, подзывая дрона, который распылил облако спирта над Розой и игрушкой. – Ты сможешь прополоскать рот? На всякий случай.

Мгновением позже они вышли в другое помещение вместе с чистой обезьяной.

– Мы приземлимся там, – объяснила Амигдала, указывая в окно.

– Приземлимся? – повторила за ней Роза, прижимаясь носом к стеклу. – Ого! Рейна, мы летим!

Только сейчас Рейна поняла, что они находились в планере. Это был самый большой планер из всех, в которых она когда-либо летала. Это был многоэтажный воздушный корабль, пробирающийся через облака. Рейна замерла на месте, потому что под ними находилась не Белая Жемчужина. Она была абсолютно уверена в этом. В округе, растянувшемся под ними, не было куполообразных белых зданий. Все было черным и массивным. Это был Черный Панцирь. Округ часовых был словно черным пятном на карте страны Хоуп. Здесь были огромные укрепления, выросшие из земли черными пирамидами. Местность была окружена защитными стенами, в которые были встроены многочисленные боты, моментально регистрировавшие каждого, кто прибывает в округ. При необходимости эти дроны могли расстрелять посторонних.

Они приземлились в какой-то дыре. Не на крыше здания, как предполагалось, а в наземном ангаре. Там были посадочные платформы, между которыми шныряли дроны, залетавшие в кратер.

Когда они вышли из планера, их встретил порыв ветра и гул машин: этот звук был громче из-за круглой формы ангара. Их уже ждали. Группа часовых повела их вперед.